Эсфирь

1 Это случилось в дни Ахашверо́ша (того самого Ахашверо́ша, который царствовал над ста двадцатью семью подведомственными областями от Индии до Эфиопии), 2 в те дни, когда царь Ахашверо́ш сидел на царском престоле в крепости Су́зы. 3 В третьем году своего царствования он устроил у себя пир для всех своих князей и слуг, для персидского и мидийского войска, для знатных и князей подведомственных областей. 4 Он показывал богатство своего прославленного царства, а также гордость и красоту своего величия в течение многих дней, ста восьмидесяти дней, 5 а по окончании этих дней царь устроил для всего народа в крепости Су́зы, как для великих, так и для малых, семидневный пир во дворе царского сада. 6 Двор был убран тканями из льна и чистого хлопка, а также синими тканями, которые крепились шнурами тонкой работы и лентами из пурпурной шерсти к серебряным кольцам на мраморных колоннах. На полу, выложенном порфиром, белым мрамором, перламутром и чёрным мрамором, стояли золотые и серебряные ложа.

7 Вино подавалось в золотых сосудах, и сосуды отличались один от другого, и царского вина было много, по богатству царя. 8 При этом никто никого не принуждал пить, как это было принято, потому что царь дал распоряжение всем управляющим в своём доме, чтобы делали по желанию каждого.

9 А тем временем царица Вашти́ устроила в царском доме царя Ахашверо́ша пир для женщин.

10 На седьмой день, когда сердце царя развеселилось от вина, он велел Мегума́ну, Би́зфе, Харбо́не, Би́гфе, Ава́гфе, Зефа́ру и Карка́су — семи придворным, служившим перед лицом царя Ахашверо́ша,— 11 привести царицу Вашти́ в царском головном уборе, чтобы показать народам и князьям её красоту, ведь она была очень красива. 12 Придворные передали царице Вашти́ слова царя, но она отказывалась прийти. Тогда царь сильно разгневался и пришёл в ярость.

13 Царь сказал мудрецам, знающим времена (потому что дела царя слушались перед всеми сведущими в законе и правосудии, 14 а его приближёнными были Карше́на, Шефа́р, Адма́фа, Фарси́с, Мере́с, Марсе́на и Мемуха́н — семь персидских и мидийских князей, которые имели право входить к царю и занимали места первых людей в царстве): 15 «Как по закону следует поступить с царицей Вашти́, которая не исполнила повеление царя Ахашверо́ша, переданное через придворных?»

16 Тогда Мемуха́н сказал царю и князьям: «Царица Вашти́ сделала зло не только против царя, но и против всех князей и против всех народов во всех подведомственных областях царя Ахашверо́ша. 17 Ведь когда о поступке царицы услышат все жёны, они станут презирать своих мужей и говорить: „Царь Ахашверо́ш велел привести царицу Вашти́, а она не пошла“. 18 Теперь персидские и мидийские княгини, услышав о поступке царицы, будут говорить то же самое всем князьям царя, и повсюду распространится неуважение и негодование. 19 Если царю угодно, то пусть он издаст указ — который будет вписан в персидские и мидийские законы и не отменится — о том, что отныне Вашти́ не будет допускаться к царю Ахашверо́шу. А титул царицы пусть царь отдаст её ближней, которая лучше её. 20 И когда царь издаст такой указ, его следует огласить во всём царстве (потому что оно велико), и тогда все жёны будут оказывать честь своим мужьям, как великим, так и малым».

21 Сказанное понравилось царю и князьям, и царь сделал, как предложил Мемуха́н. 22 Он разослал письма во все подведомственные области царя, в каждую область её письменами и каждому народу на его языке, чтобы каждый муж был господином в своём доме и говорил на языке своего народа.

2 После этих событий, когда ярость царя Ахашверо́ша утихла, он вспомнил о Вашти́, о том, что она сделала и что было решено о ней. 2 Тогда приближённые царя, служившие ему, сказали: «Пусть поищут для царя красивых молодых женщин, девственниц. 3 Пусть царь назначит во всех подведомственных областях своего царства доверенных людей и пусть они соберут всех красивых молодых женщин, девственниц, в крепость Су́зы, в дом для женщин под надзор царского евнуха Гега́я, стража женщин, где им будут делать массаж. 4 И молодая женщина, которая понравится царю, будет царицей вместо Вашти́». Сказанное понравилось царю, и он так и сделал.

5 В крепости Су́зы был один иудей, по имени Мардохе́й, сын Иаи́ра, сына Шиме́я, сына вениамитя́нина Ки́са, 6 переселённого из Иерусалима вместе с иудейским царём Иехо́нией и другими пленниками, которых увёл в плен вавилонский царь Навуходоно́сор. 7 Мардохе́й воспитывал Гада́ссу, или Эсфи́рь (она была дочерью его дяди по отцу), потому что у неё не было ни отца, ни матери. Эта молодая женщина была стройна и красива. Когда у Эсфи́ри умерли отец и мать, Мардохе́й её удочерил. 8 И когда объявили царский указ и закон и многих молодых женщин собрали в крепость Су́зы под надзор Гега́я, тогда взяли и Эсфи́рь в царский дом под надзор Гега́я, стража женщин.

9 Эсфи́рь ему понравилась, и он проявил к ней любящую доброту. Он немедленно распорядился о том, чтобы ей делали массаж, позаботился об особом питании, а также отобрал для неё семь девушек из царского дома и перевёл её с ними в лучшую часть дома для женщин. 10 Эсфи́рь никому не рассказала ни о своём народе, ни о своих родственниках, потому что Мардохе́й велел ей, чтобы она не рассказывала. 11 И каждый день Мардохе́й прогуливался перед двором дома для женщин, чтобы узнать, всё ли хорошо у Эсфи́ри и что с ней делают.

12 Молодые женщины входили к царю Ахашверо́шу по очереди, каждая после того, как в течение двенадцати месяцев ей делали разные женские процедуры (именно столько времени продолжался массаж: шесть месяцев с мирровым маслом и шесть месяцев с бальзамовым маслом, помимо массажа, какой делают женщинам),— 13 после этого молодая женщина входила к царю. Когда она шла из дома для женщин в дом царя, ей давали с собой всё, чего бы она ни попросила. 14 Вечером она входила, а утром возвращалась во второй дом для женщин под надзор царского евнуха Шаазга́за, стража наложниц. Больше она не входила к царю, разве только царь пожелал бы её и позвал по имени.

15 Когда подошла очередь Эсфи́ри, дочери Авихаи́ла, дяди Мардохе́я, удочерившего её, войти к царю, она не просила ничего, кроме того, о чём упомянул царский евнух Гега́й, страж женщин. (Эсфирь же обретала благосклонность в глазах всех, кто её видел.) 16 В десятом месяце, месяце теве́те, в седьмом году царствования Ахашверо́ша, Эсфи́рь была взята в царский дом. 17 Царь полюбил Эсфи́рь больше всех других женщин и относился к ней с большей благосклонностью и любящей добротой, чем ко всем другим девственницам. Он возложил ей на голову царский головной убор и сделал её царицей вместо Вашти́. 18 Затем царь устроил великий пир для всех своих князей и слуг, пир в честь Эсфи́ри. Он объявил амнистию во всех подведомственных областях и раздавал подарки с царской щедростью.

19 Когда девственниц собрали во второй раз, Мардохе́й сидел у царских ворот. 20 Эсфи́рь не рассказывала о своих родственниках и о своём народе, как велел ей Мардохе́й. Она выполняла слова Мардохе́я так же, как в то время, когда была у него на воспитании.

21 В те дни, когда Мардохе́й сидел у царских ворот, Бигфа́н и Тере́ш, двое царских придворных, привратники, озлобились и стали искать случая убить царя Ахашверо́ша. 22 Мардохе́й узнал об этом и немедленно сообщил царице Эсфи́ри, а та от имени Мардохе́я рассказала обо всём царю. 23 Дело расследовали, и, когда всё подтвердилось, тех двоих повесили на столбе. Отчёт об этом внесли в присутствии царя в книгу дневных записей.

3 После этих событий царь Ахашверо́ш возвеличил Ама́на, сына агагитя́нина Амада́фа. Он возвысил его и поставил его престол выше престолов всех других своих князей. 2 Все слуги царя, которые были у царских ворот, низко кланялись и падали ниц перед Ама́ном, потому что так велел царь. А Мардохе́й не кланялся и не падал ниц. 3 Тогда слуги царя, которые были у царских ворот, стали говорить Мардохе́ю: «Почему ты уклоняешься от исполнения царского повеления?» 4 Так они говорили ему каждый день, но он их не слушал. Тогда они донесли на него Ама́ну, чтобы посмотреть, позволят ли Мардохе́ю поступать так и дальше,— ведь он сказал им, что он иудей.

5 Ама́н видел, что Мардохе́й не кланяется и не падает ниц перед ним, и это приводило Ама́на в ярость. 6 Но ему показалось, что будет мало убить одного Мардохе́я, так как ему рассказали, из какого народа Мардохе́й. Тогда Ама́н стал искать случая уничтожить всех иудеев, народ Мардохе́я, во всём царстве Ахашверо́ша.

7 В первом месяце, месяце ниса́не, в двенадцатом году царствования Ахашверо́ша, перед Ама́ном бросали пур, или жребий, перебирая день за днём и месяц за месяцем, и выпал двенадцатый месяц, месяц ада́р. 8 Тогда Ама́н сказал царю Ахашверо́шу: «Есть один народ, рассеянный среди народов и живущий обособленно во всех подведомственных областях твоего царства. Законы этих людей отличаются от законов всех других народов, и законов царя они не соблюдают. Царю не следует это так оставлять. 9 Если царю угодно, то пусть выйдет указ об их истреблении, а я заплачу тем, кто выполнит это дело, десять тысяч серебряных талантов, внеся их в царскую казну».

10 Тогда царь снял со своей руки перстень с печатью, отдал его Ама́ну, сыну агагитя́нина Амада́фа, врагу иудеев, 11 и сказал ему: «Серебро и народ отдаются тебе. Делай с ними, что хочешь». 12 В тринадцатый день первого месяца созвали царских секретарей, и они записали всё, что Ама́н велел царским сатрапам и правителям, поставленным над разными подведомственными областями, и князьям разных народов в подведомственных областях,— для каждого народа его письменами и на его языке. Всё было написано от имени царя Ахашверо́ша и скреплено царским перстнем.

13 Эти письма разослали с гонцами во все подведомственные области царя, чтобы в назначенный день, в тринадцатый день двенадцатого месяца, месяца ада́ра, уничтожить, убить и истребить всех иудеев — юношей и стариков, детей и женщин,— а их имущество разграбить. 14 Указ, который должен был стать законом во всех подведомственных областях, следовало огласить всем народам, чтобы они подготовились к этому дню. 15 Гонцы быстро отправились, подгоняемые словом царя. Между тем закон был объявлен и в крепости Су́зы. Царь и Ама́н сели пить, а город Су́зы был в смятении.

4 Узнав обо всём, что случилось, Мардохе́й разорвал на себе одежду, надел на себя мешковину, посыпал себя пеплом и, выйдя на середину города, стал громко и горестно плакать. 2 Он дошёл до царских ворот, но дальше не пошёл, потому что одетому в мешковину нельзя было входить в царские ворота. 3 И во всех подведомственных областях, куда доходили царский указ и закон, у иудеев была великая скорбь, пост, плач и рыдание. Мешковина и пепел стали постелью для многих. 4 Служанки и евнухи приходили к Эсфи́ри и рассказывали ей обо всём. И царица очень страдала. Она послала одежду, чтобы одеть Мардохе́я и снять с него мешковину, но он ничего не принял. 5 Тогда Эсфи́рь позвала Гафа́ха, одного из царских евнухов, который прислуживал ей, и велела ему узнать у Мардохе́я, что это значит и из-за чего всё это.

6 Гафа́х пошёл к Мардохе́ю на городскую площадь перед царскими воротами, 7 и тот рассказал ему обо всём, что с ним произошло, и назвал точную сумму денег, которую Ама́н обещал внести в царскую казну за истребление иудеев. 8 Потом Мардохе́й дал ему копию закона, изданного в Су́зах, в котором говорилось об уничтожении иудеев, чтобы он показал это Эсфи́ри, рассказал ей обо всём и велел ей пойти к царю и, умоляя его о благосклонности, просить за свой народ.

9 Гафа́х пришёл и пересказал Эсфи́ри слова Мардохе́я. 10 Тогда Эсфи́рь сказала Гафа́ху, чтобы он передал Мардохе́ю: 11 «Все царские слуги и народ в подведомственных областях царя знают, что для любого мужчины или женщины, которые войдут во внутренний двор к царю незваными, у него один закон — смертная казнь. Только если царь протянет к нему золотой скипетр, он останется жив. А я не звана к царю вот уже тридцать дней».

12 И пересказали Мардохе́ю слова Эсфи́ри. 13 Тогда Мардохе́й сказал ей: «Не думай, что домашним царя будет легче спастись, чем всем остальным иудеям. 14 Если в это время ты промолчишь, то помощь и избавление для иудеев придут с другой стороны, а ты и дом твоего отца погибнете. И кто знает, не для такого ли времени ты и достигла царского положения?»

15 На это Эсфи́рь ответила Мардохе́ю: 16 «Пойди, собери всех иудеев, находящихся в Су́зах, и поститесь ради меня: не ешьте и не пейте три дня — ни ночью, ни днём. Я со своими служанками тоже буду поститься, а потом пойду к царю, хотя это и не по закону. И если мне придётся погибнуть, то погибну». 17 После этого Мардохе́й пошёл и сделал всё так, как велела ему Эсфи́рь.

5 На третий день Эсфи́рь оделась по-царски и встала во внутреннем дворе царского дома перед домом царя, а царь сидел на престоле в царском доме, напротив входа в дом. 2 Когда царь увидел царицу Эсфи́рь, стоящую во дворе, она обрела благосклонность в его глазах, и царь протянул к Эсфи́ри золотой скипетр, который был у него в руке. Эсфи́рь подошла и коснулась конца скипетра.

3 Царь сказал ей: «Что у тебя, царица Эсфи́рь? Какая у тебя просьба? Даже если попросишь до половины царства, тебе будет дано!» 4 Эсфи́рь ответила: «Если царю угодно, то пусть царь с Ама́ном придёт сегодня на пир, который я для него приготовила». 5 Царь сказал: «Поторопите Ама́на, чтобы исполнить желание Эсфи́ри». И царь с Ама́ном пришли на пир, который приготовила Эсфи́рь.

6 Через некоторое время, когда подавалось вино, царь сказал Эсфи́ри: «Какое у тебя прошение? Да будет удовлетворено! И какая просьба? Даже если попросишь до половины царства, твоя просьба будет исполнена!» 7 Эсфи́рь ответила: «Вот моё прошение и моя просьба: 8 если я обрела благосклонность в глазах царя и если царю угодно удовлетворить моё прошение и исполнить мою просьбу, то пусть царь и Ама́н придут на пир, который я устрою для них завтра, и завтра я сделаю по слову царя».

9 В тот день Ама́н вышел радостный и с весёлым сердцем. Но когда Ама́н увидел у царских ворот Мардохе́я и тот не встал и не дрогнул перед ним, Ама́н разозлился на Мардохе́я. 10 Однако Ама́н сдержался и пошёл в свой дом. Затем он послал за своими друзьями и за своей женой Зере́шью 11 и стал рассказывать им о славе своего богатства и о том, как много у него сыновей, как царь возвеличил его и как возвысил над князьями и слугами царя.

12 Ама́н сказал: «Да и царица Эсфи́рь никого, кроме меня, не позвала с царём на пир, который она приготовила, и завтра я снова приглашён к ней с царём. 13 Но ничто из всего этого не радует меня, пока я вижу, как иудей Мардохе́й сидит у царских ворот». 14 Тогда его жена Зере́шь и все друзья сказали ему: «Пусть приготовят столб высотой в пятьдесят локтей. А утром скажи царю, чтобы на нём повесили Мардохе́я. Потом иди радостный с царём на пир». Это понравилось Ама́ну, и он велел приготовить столб.

6 Той ночью царь не мог уснуть и поэтому велел принести книгу летописей. И когда её читали царю, 2 нашли запись о том, что Мардохе́й сообщил о Бигфа́не и Тере́ше, двух царских придворных, привратниках, которые искали случая убить царя Ахашверо́ша. 3 Тогда царь спросил: «Какие почести оказаны Мардохе́ю и как его вознаградили за это?» Приближённые царя, служившие ему, ответили: «Ничего для него не было сделано».

4 Царь спросил: «Кто сейчас во дворе?» А в это время во внешнем дворе царского дома был Ама́н. Он пришёл сказать царю, чтобы Мардохе́я повесили на столбе, который он для него приготовил. 5 Приближённые ответили царю: «Там во дворе стоит Ама́н». Царь сказал: «Пусть войдёт».

6 Когда Ама́н вошёл, царь спросил у него: «Что следует сделать для человека, которого царь желает почтить?» Ама́н подумал в своём сердце: «Кому, как не мне, царь пожелает оказать почести?» — 7 и сказал царю: «Пусть для человека, которого царь желает почтить, 8 принесут царскую одежду, в которую одевается царь, и приведут коня, на котором ездит царь и голова которого украшена царским головным убором. 9 Пусть одежду и коня поручат одному из знатных царских князей и пусть человека, которого царь желает почтить, оденут и проведут на коне по городской площади, громко объявляя перед ним: „Вот что делают для человека, которого царь желает почтить“». 10 Тогда царь сказал Ама́ну: «Возьми скорее одежду и коня, как ты сказал, и сделай это для иудея Мардохе́я, который сидит у царских ворот. Не упусти ничего из того, о чём ты говорил».

11 Ама́н взял одежду и коня, одел Мардохе́я и провёл его на коне по городской площади, громко объявляя перед ним: «Вот что делают для человека, которого царь желает почтить». 12 После этого Мардохе́й вернулся к царским воротам. А Ама́н поспешил домой, удручённый и с покрытой головой. 13 И рассказал Ама́н своей жене Зере́ши и всем своим друзьям о том, что с ним произошло. Тогда его мудрецы и его жена Зере́шь сказали ему: «Если Мардохе́й, перед которым началось твоё падение,— иудей, то ты не одолеешь его, а непременно потерпишь перед ним поражение».

14 Когда они ещё говорили с ним, пришли царские придворные и поспешно увели Ама́на на пир, который приготовила Эсфи́рь.

7 Царь и Ама́н пришли на пир к царице Эсфи́ри. 2 И в этот второй день пира, когда пили вино, царь снова спросил у Эсфи́ри: «Какое у тебя прошение, царица Эсфи́рь? Да будет тебе дано. И какая у тебя просьба? Даже если попросишь до половины царства, твоя просьба будет исполнена!» 3 Царица Эсфи́рь ответила: «Если я обрела благосклонность в твоих глазах, царь, и если царю угодно, то пусть по моему прошению мне будет дарована моя душа и по моей просьбе — мой народ. 4 Ведь мы, я и мой народ, проданы на уничтожение, гибель и истребление. Если бы нас продали, чтобы сделать рабами и служанками, я молчала бы. Но этого несчастья нельзя допустить, потому что это причинит ущерб и царю».

5 Тогда царь Ахашверо́ш спросил у царицы Эсфи́ри: «Кто это? Где тот, кто осмелился так поступить?» 6 Эсфи́рь ответила: «Противник и враг — этот злой Ама́н».

И Ама́н задрожал от страха перед царём и царицей. 7 В ярости царь встал и посреди пира вышел в дворцовый сад. А Ама́н, видя, что царь определил ему злую участь, встал, чтобы просить царицу Эсфи́рь о своей душе. 8 Когда царь вернулся из дворцового сада в дом, где проходил пир и пили вино, то увидел Ама́на, припавшего к ложу, на котором была Эсфи́рь. Царь сказал: «Неужели ещё и царица будет изнасилована, когда я в доме?» Как только царь сказал это, Ама́ну накрыли лицо. 9 Харбо́на, один из царских придворных, сказал: «У дома Ама́на стоит столб высотой в пятьдесят локтей. Этот столб Ама́н приготовил для Мардохе́я, говорившего доброе о царе». Царь сказал: «Повесьте его на нём». 10 И Ама́на повесили на столбе, который он приготовил для Мардохе́я. После этого ярость царя утихла.

8 В тот день царь Ахашверо́ш отдал царице Эсфи́ри дом Ама́на, врага иудеев, а Мардохе́й предстал перед царём, потому что Эсфи́рь рассказала, кем он ей приходится. 2 Тогда царь снял свой перстень с печатью, который забрал у Ама́на, и отдал его Мардохе́ю, а Эсфи́рь поставила Мардохе́я над домом Ама́на.

3 Эсфи́рь снова обратилась к царю и, пав к его ногам, плакала и умоляла его о благосклонности, чтобы он отвратил зло агагитя́нина Ама́на и его план, который тот составил против иудеев. 4 Тогда царь протянул к Эсфи́ри золотой скипетр, и Эсфи́рь поднялась и, встав перед царём, 5 сказала: «Если царю угодно и я обрела его благосклонность, если это дело кажется царю правильным и я ему нравлюсь, то пусть выйдет письменный указ об отмене того, что написал Ама́н, сын агагитя́нина Амада́фа, который задумал истребить иудеев во всех подведомственных областях царя. 6 Ведь как я смогу смотреть на бедствие, которое постигнет мой народ, и как я смогу смотреть на гибель моих родных?»

7 Тогда царь Ахашверо́ш сказал царице Эсфи́ри и иудею Мардохе́ю: «Вот, дом Ама́на я отдал Эсфи́ри, а его самого повесили на столбе, за то что он поднял руку на иудеев. 8 Напишите и вы от имени царя в пользу иудеев то, что угодно в ваших глазах, и скрепите это царским перстнем, потому что указа, написанного от имени царя и скреплённого царским перстнем, нельзя отменить».

9 Тогда в двадцать третий день третьего месяца, месяца сива́на, созвали царских секретарей, и они записали всё, что велел Мардохе́й иудеям, сатрапам, правителям и князьям ста двадцати семи подведомственных областей, простиравшихся от Индии до Эфиопии,— для каждой области её письменами и для каждого народа на его языке, и для иудеев их письменами и на их языке.

10 Он написал письма с указом от имени царя Ахашверо́ша, скрепил их царским перстнем и послал с гонцами на почтовых конях — быстрых конях, которых использовали на царской службе. В письмах говорилось, 11 что царь позволяет иудеям, находящимся во всех городах, собраться и встать на защиту своих душ: уничтожить, убить и истребить в каждом народе и в каждой области всех вооружённых мужчин, которые были с ними во вражде, а также детей и женщин, а их имущество разграбить. 12 Это должно было случиться в назначенный день во всех подведомственных областях царя Ахашверо́ша — в тринадцатый день двенадцатого месяца, месяца ада́ра. 13 Указ, которому надлежало стать законом во всех подведомственных областях, следовало огласить всем народам, чтобы к этому дню иудеи были готовы мстить своим врагам. 14 Гонцы, верхом на почтовых конях, которых использовали на царской службе, выехали и помчались во весь опор, подгоняемые словом царя. Между тем закон был объявлен и в крепости Су́зы.

15 А Мардохе́й вышел от царя в царском одеянии из синей ткани и льна, в большом золотом венце и в плаще тонкой работы, из пурпурной шерсти. И город Су́зы оглашался радостными возгласами и ликовал. 16 Для иудеев настала пора света и радости, ликования и почестей. 17 И во всех подведомственных областях и во всех городах, куда доходили царский указ и закон, у иудеев была радость и ликование, пир и праздничный день. И многие из народов той земли объявили себя иудеями, потому что на них напал страх перед иудеями.

9 В тринадцатый день двенадцатого месяца, месяца ада́ра, когда настало время исполнить царский указ и закон,— в день, которого ждали враги иудеев, чтобы взять над ними власть, вышло наоборот: иудеи сами взяли власть над теми, кто их ненавидел. 2 Иудеи собрались в своих городах во всех подведомственных областях царя Ахашверо́ша, чтобы истребить тех, кто хотел причинить им зло, и ни один человек не мог устоять перед ними, потому что страх перед ними напал на все народы. 3 Все князья подведомственных областей, сатрапы, правители и исполнители царских дел помогали иудеям, потому что на них напал страх перед Мардохе́ем. 4 А Мардохе́й был велик в царском доме, и слава о нём разошлась по всем областям, так как Мардохе́й становился всё более могущественным.

5 Иудеи били всех своих врагов, поражая их мечом, убивая и истребляя, и делали с теми, кто их ненавидел, что хотели. 6 Иудеи убивали и в крепости Су́зы, и было истреблено пятьсот человек. 7 Также они убили Паршанда́фу, Далфо́на, Асфа́фу, 8 Пора́фу, Ада́лью, Арида́фу, 9 Парма́шфу, Ариса́я, Арида́я и Ваиеза́фу, 10 десять сыновей Ама́на, сына Амада́фа, врага иудеев. Они убили всех этих людей, но на их имущество не наложили своей руки.

11 В тот день царю доложили о числе убитых в крепости Су́зы.

12 Тогда царь сказал царице Эсфи́ри: «В крепости Су́зы иудеи убили и истребили пятьсот человек и десять сыновей Ама́на. Что же тогда сделали в остальных подведомственных областях царя? Какое теперь у тебя прошение? Тебе будет дано. И какая у тебя ещё просьба? Она будет исполнена». 13 Эсфи́рь ответила: «Если царю угодно, то пусть и завтра иудеям в Су́зах будет позволено действовать по закону сегодняшнего дня. А десять сыновей Ама́на пусть будут повешены на столбе». 14 Царь велел, чтобы так и сделали. В Су́зах был объявлен закон, и десять сыновей Ама́на были повешены.

15 В четырнадцатый день месяца ада́ра иудеи, находившиеся в Су́зах, снова собрались вместе и убили в Су́зах триста человек, но на их имущество не наложили своей руки.

16 Остальные иудеи, которые жили в подведомственных областях царя, собрались, встали на защиту своих душ и отомстили за себя своим врагам, убив семьдесят пять тысяч из тех, кто их ненавидел, но на их имущество не наложили своей руки. 17 Это было в тринадцатый день месяца ада́ра. А в четырнадцатый день был покой, этот день сделали днём пиршества и радости.

18 Иудеи же, находившиеся в Су́зах, собирались в тринадцатый и четырнадцатый день месяца. А в пятнадцатый день был покой, этот день сделали днём пиршества и радости. 19 Поэтому иудеи из областных городов сделали четырнадцатый день месяца ада́ра днём радости и пиршества и праздничным днём и угощали друг друга.

20 Мардохе́й записал всё это и послал письма всем иудеям во всех подведомственных областях царя Ахашверо́ша, близких и далёких, 21 чтобы возложить на них обязательство каждый год праздновать четырнадцатый и пятнадцатый день месяца ада́ра, 22 так как в эти дни иудеи обрели покой от своих врагов и в этом месяце их печаль обратилась в радость, а скорбь — в праздничный день. Он написал им, чтобы они сделали эти дни днями пиршества и радости, угощали друг друга и давали подаяние бедным.

23 Иудеи приняли то, что уже и сами начали делать и о чём написал им Мардохе́й. 24 Ведь Ама́н, сын агагитя́нина Амада́фа, враг всех иудеев, составил план против иудеев, чтобы истребить их, и велел бросать пур, или жребий, чтобы привести их в смятение и истребить их. 25 Но когда Эсфи́рь предстала перед царём, он издал письменный указ, в котором говорилось: «Пусть его коварный план, который он составил против иудеев, обратится на его голову». Его и его сыновей повесили на столбе. 26 Эти дни стали называть Пури́м от слова «пур». Следуя всему, что было написано в письме, и помня о том, что они видели и что их постигло, 27 иудеи возложили и взяли на себя, на всех своих потомков и на всех, кто к ним присоединится, неизменное обязательство каждый год в установленное время праздновать эти два дня, как о них было написано. 28 Эти дни следовало вспоминать и праздновать из поколения в поколение в каждой семье, в каждой подведомственной области и в каждом городе. Дни Пури́ма не должны были отменяться у иудеев, и память о них не должна была исчезнуть у их потомков.

29 Царица Эсфи́рь, дочь Авихаи́ла, и иудей Мардохе́й написали со всей убедительностью второе письмо, чтобы подтвердить всё касающееся Пури́ма. 30 И он разослал всем иудеям в сто двадцать семь подведомственных областей царства Ахашверо́ша письма со словами мира и истины, 31 чтобы подтвердить празднование дней Пури́ма в установленное для них время, согласно обязательству, которое иудей Мардохе́й и царица Эсфи́рь уже возложили на них и которое они сами возложили на свою душу и на своих потомков, чтобы вспоминать посты и свой крик о помощи. 32 А повеление Эсфи́ри подтвердило всё касающееся Пури́ма и было вписано в книгу.

10 Царь Ахашверо́ш принудил людей в той земле и на морских островах к подневольному труду.

2 Все его доблестные дела и могущество, а также подробный рассказ о величии Мардохе́я, которым наделил его царь, записаны в Книге летописей мидийских и персидских царей. 3 Ведь иудей Мардохе́й был вторым после царя Ахашверо́ша и великим среди иудеев и пользовался одобрением множества своих братьев, действуя на благо своего народа и провозглашая мир всем их потомкам.

[Сноски]

LXX: «Артаксеркса». По всей вероятности, речь идёт о Ксерксе I, сыне Дария Великого (Дария Гиста́спа).

LXX: «Асти́нь».

Букв. «владельцев».

Букв. «владельцам».

Или «преданную любовь».

Прибл. 22,3 м.